Самооценка злого гения

Самооценка НаполеонаОт великого до трагически смешного Наполеона – всего шаг! Наполеон обладал высокой самооценкой, феноменальной памятью, работоспособностью, острым умом, военным и государственным гением, даром дипломата и артиста, а также обаянием, позволявшим ему легко располагать к себе людей. Талантливый человек всегда чувствует в себе колоссальный потенциал, заложенный природой и должен сделать выбор служения созиданию, добру или разрушению, злу. Наполеона отличала оправданно высокая самооценка, однако же Наполеон Бонапарт не имел внутреннего благородства намерений. Реализованная в полной мере Наполеоном высокая самооценка злого гения, так же, как и Гитлером, повлияла на жизнь людей всего мира, как страшная эпидемия.

Сильный характер Наполеона, закаленный в боях, его дерзкая смелость, авантюризм, наглость, способность действовать агрессивно – это учебное пособие по тому, как можно и нужно увеличивать свой личностный ресурс. Но нравственная направленность его политики доказывает, что выбор зла – проигрышная стратегия.

Помимо самих деструктивных действий, «черные лидеры» своего времени чудовищно уродуют, подчиняют себе слабые личности целых поколений современников. Безумно влюбленные в негативных властителей дум, люди начинают попадать под их разрушительное воздействие. Например, весь этот процесс влияния злого гения на одаренного, но более ординарного человека описан Достоевским в романе «Преступление и наказание». Раскольников – маленькая копия Наполеона, и мы все не должны повторять историю этого трагического подражания.

По-настоящему сильный человек – тот, кто смог победить свои слабые стороны. А всем известные «наполеоновские» комплексы: самолюбие, тщеславие и гордыня – главные качества, связанные с его личностью и именем, – глубоко карикатурны.

Так что в наследии Наполеона великим можно назвать только причиненный людям вред, только обаяние зла. Но сама личность полководца остается трагедийной до горьких слёз. Дар, употреблённый на злое, тем опаснее, чем выше самооценка злого гения.

Статья Ольги Гавриленко